Адвокат Наталья Шаранина рассказала, как ведется следствие по ее делу

Полная версия интервью с адвокатом, которая обвиняется в коммерческом подкупе президента адвокатской палаты Оренбургской области Валерия Бодашко и ее защитником Наилем Хабибуллиным.

Текст: Александр Жарков

А.Жарков
– Наталья, в чём вас обвиняют, какие статьи вменяют?

Н. Шаранина
– На сегодняшний момент я являюсь адвокатом, мне предъявлено обвинение по статье коммерческий подкуп. Считаю, что данное обвинение является незаконным.

А.Жарков
– Месяц назад вы выложили в интернет видеообращение, что вас сподвигло?

Н. Шаранина
– Я была вынуждена записать видеообращение, поскольку на протяжении всего следствия на меня сотрудниками правоохранительных органов оказывалось давление. И после дачи показаний в тот момент, когда меня сотрудники обманули, я поняла, что дела в отношении меня не прекращается, я была вынуждена говорить правду и после этого мне была предъявлена повестка в суд для изменения меры пресечения.

А.Жарков
– Там говорится, что суд об избрании меры пресечения или изменении меры пресечения?

Н. Шаранина
– Именно об изменении. Мне хотели избрать заключение под стражу, но после выхода видеообращения, следствие стало просить меру пресечения в виде домашнего ареста. Однако по решению суда им было отказано.

А.Жарков
– Наиль, вопрос вам, насколько я понимаю, вы и ваш доверитель обеспокоены сейчас не столько вменяемым обвинениям сколько самим следствием? Что не так в этом расследовании?

Адвокат Наталья Шаранина рассказала, как ведется следствие по ее делу

Н.Хабибуллин
– Когда мы с коллегой Новиковым Андреем вступили в это дело, мы стали обладать информацией, которая нас шокировала. Здесь можно отметить такие неправомерные действия, как удерживание более 5 часов Шаранину в здании УМВД Оренбургской области. Это было 4 октября 2019 года. Через несколько дней прессинг возобновился, ее из дома родителей задерживают в присутствии, я вот хочу отметить, трехлетнего ребенка. На маму, на Шаранину, надевают наручники. И уводят под плач ребенка. Мы были шокированы.

А.Жарков
– Я понимаю, если бандита-рецидивиста заковали в наручники, здесь экономическая статья. Из вашей практики, как происходит задержание по таким статьям?

Н.Хабибуллин
– Дело в самой личности, которую задерживают. Никогда ранее не привлекалась, не имевшая проблем с законом, сама адвокат, не является рецидивистом. Это все прописано в наставлении по конвойной службе. Имеется закон «О полиции», где регламентировано, когда и при каких обстоятельствах применяются наручники. В присутствии трехлетнего ребенка, это раскрывает всю сущность вот этих вот методов. Хочу отметить, что позже, когда мы знакомились с материалами дела, в частности протокол допроса в качестве подозреваемой, мы увидели, что данное следственное действие проводилось с применением видеозаписи, соответственно попросили посмотреть эту видеозапись. И когда посмотрели, были еще более шокированы тем, что на протяжении более одного часа весь допрос проходил с применением спецсредств наручников. Не только обе руки были закованы, но еще и сама Шаранина была закована к конвойному. Ни в коем случае так не проводят, это следственные действия. Здесь положено, что старший конвойный стоит возле двери, а другие конвойные стоят возле окна. Не регламентировано применение наручников в ходе вот таких действий. Никакой законности не может быть в добыче этих доказательств.

Адвокат Наталья Шаранина рассказала, как ведется следствие по ее делу

А.Жарков
– А вы как-то пытались возразить?

Н.Шаранина
– Да, я говорила, что не положено и мой адвокат никаких мер не предпринимал. Адвокат на тот момент была Павликова Е. А., которая сотрудничала со следствием. Никаких замечений ни с ее стороны, мало того, мне говорили, либо сейчас ты говоришь как нам нужно, либо сейчас в наручниках уезжаешь обратно в ИВС. А на следующий день мы выходим с заключением тебя под стражу в СИЗО. Под таким давлением я давала показания нужные следствию.

А.Жарков
– Вас хотели взять под Госзащиту?

Н.Шаранина
– Да, пытались взять под Госзащиту, под навязыванием следователя. Данная госзащита нужна была следователю для того, чтобы выйти с ходатайством о заключении под стражу других участников данного дела. Данная мера по сути была фиктивной. В ней я не нуждалась.

А.Жарков
– Заявление о Госзащите же пишется свидетелями или кем-то из участников дела, чтобы оградили от тех, кто может представлять опасность?

Н.Шаранина
– Да, мне было дано указание, что нужно написать в этом заявлении. Прошу предоставить мне Государственную защиту, поскольку я опасаюсь за свою жизнь и давления со стороны определенный лиц.

А.Жарков
– А вы опасались?

Н.Шаранина
– Нет, не опасалась

А.Жарков
– Для чего это было сделано?

Н.Хабибуллин
– Когда Шаранина была допрошена в качестве подозреваемой, в наручниках она была очень сговорчивой, что надо от нее получили. И чтобы все ее позиции были в неизменной величине, в константе, вот и ход конем, нужно ее изолировать, чтобы она не изменяла позицию. Это очень удобная вещь Госзащита. Неправильно ее воспринимают правоохранители, я считаю, что пошло злоупотребление этим правом.

А.Жарков
– Сталкивались с подобным?

Н.Хабибуллин
– Из СМИ в 2009 году была ситуация, двух девушек склонить к нужной позиции, им навязали Госзащиту и укрыли в съемной квартире. Насколько я знаю, участвовали одни и те же лица, что и в деле нашей подзащитной Шараниной. И там упоминается следователь Анипко. Когда мы просматривали эти хроники, подзащитная Шаранина узнала субъекта по фамилии Погорельский. Была удивлена, что в отношении нее эти лица применяли эти же методы. Получается уже какая-то система.

Адвокат Наталья Шаранина рассказала, как ведется следствие по ее делу

Н.Шаранина
– Я считаю, что они как действовали методами, добиваются показаний. В моем случае тоже мне говорили, что я не увижу свою несовершеннолетнюю дочь, что меня осудят, посадят. Считаю, что в том эпизоде были такие же обстоятельства. И так же была навязано Госзащита, с целью нахождения нам под охраной. Находясь в такой ситуации человек теряется, опасается за себя, за свою семью, ломается. После того, как я несколько часов провела в изоляторе, как там относятся, как все происходит, я была вынуждена давать такие показания. Я понимаю, почему многие уголовные дела не раскрываются, поскольку следствие у нас умеет только выбивать показания, под давлением получать нужные показания.

А.Жарков
– На каком этапе сейчас следствие, как давно проводили с вами следственные мероприятия?

Н.Шаранина
– Неделю назад перепредъявили обвинение. Убрали один пункт, санкция статьи от этого не поменялась.

Н.Хабибуллин
– Почему происходит эта системность? Что было 10 лет назад, что в 2019 году, причина одна единственная. Эти субъекты из числа правоохранителей, они обделены вниманием со стороны надзирающих за следствием органов, органов прокуратуры. Хочется, чтобы они наверстали упущенное и дали оценку тому, что произошло 10 лет назад, и что произошло в 19-м году. И еще один момент, следователь Анипко сам в своем постановлении от 13 октября 2019 года признался в том, что наша подзащитная была водворена в ИВС незаконно. Освобождая из ИВС он написал, что оснований нет лишать ее свободы. А куда денешь эти сутки, которые она там сидела? Этим всем моментам нужно давать оценку. Чтобы впредь такого не было.

А.Жарков
– На этом все. Спасибо, до свидания.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите :

Сообщить об опечатке
Город Город Закон и порядок ЗАКОН и ПОРЯДОК Новости Общество Оренбург Происшествия

ОБСУЖДЕНИЕ

(Ctrl + Enter)